sinantrop: (трубка)
На вагонном мягком плюше, пролетая даль за далью,
Ночью Марна, нынче Волга, завтра, может, Янцзыцзян,
Взгляд ловлю печальной пани за сиреневой вуалью
И уже влюблен как школьник, я, большой, известный пан.

На истертом красном плюше, на вагонной полке грубой
(стук колес все тише, тише) засыпаю. И во мгле
Снова снятся мне ресницы и малиновые губы
Той, с которой целовались мы в Лувене иль в Орле…

Мысли тускло наплывают, как далёкий сон о дамах,
Что меня давно любили и забыли… знать, пора?...
Златовласые паненки чувственеют в окнорамах,
Отдаваясь острым ветрам без остатка, в первый раз.

В их виденьях вместо мельниц – феереют златозамки…
Поезд-змей по полю мчится мощью всех своих НР*…
И паненки-златовласки (пробуждаются в них самки)
Всё лежат, зажмурив веки, сжавшись в уголке купе.

Начинается соната, только уж не наша, Яна.
Моя бедная, чужая, мама белой крошки Ли…
И на цыпочках подходит к окнам сказка Келлермана
Подглядеть тайком за танцем спермы, тела и крови…

Может, я немного сонный?.. Или, может, малость хворый?..
Несъедобный острый ужин возбудил рефлекс, а жаль…
И в разверстой пасти ночи семафорят семафоры:
Еду я, король, в Тувалу на свой авторециталь!
------------------
* лошадиных сил (по-польски читается - ХаПэ)

Оригинал:
http://www.poezja.org/index.php?akcja=wierszeznanych&ude=2881
sinantrop: (Default)
Весна

Ярославу Ивашкевичу


В зеленых шапокляках округлые джентльмены
Свистят на окаринах из Листа "Funerailles"
Желты мои афиши на грязных серых стенах
в кофейне на веранде какао тянет май

Вдоль улиц пансьонерки гуляют вереницей
Брильянтом на панели искрится чёрный джет*
и томные их взоры снежённые ресницы
сочатся как ликеры и пахнут Coeur de Jeanette.

--------------------
* гагат

некоторые пояснения )
sinantrop: (Default)
Холодны Ваши пальцы и пахнут, как опиум,
Полутрупик бескровный, с кудряшками блонд.
Ждёте - кто-то придет, в поцелуях утопит,
Как в дымке синеватом сигареток «Пьемонт»

На немятую скатерть что-то падает плавно…
(Белых астр белый сон превращается в тлен…)
Вы молчите так тихо, мелодично и славно,
Как в великих прелюдиях лунатичный Верлен.
Дальше? )
sinantrop: (я)

              СНЕГ

С
неба белые цветына Корсо?..в Ницце?
КоловеиБелоснежьеТихопады.
Ходят люди мягким шагом, пряча лица,
В воротник укрывши и носы, и взгляды.
 

А
паненки, улыбаясь, в белых лисах,
Прикоснутся нежно к губкам пальцем узким
Кто-то белый написал им с неба письма…
Было тихо. Было славно. Было пусто

Дом, унылый как «Титаник». Из-под кровли
Плач  усталой проститутки-простофили
Льется трельюей своей горячей кровью
Замарал бельишко пылкий гемофилик.

Кто-то хочет засмеяться, но не может
(
Словно мрамор, холодны глаза покорных)  
Чьи-то руки протянули ему в ложке,
Как микстуру, смесь любви, тепла и корма.

Ходит улицей седая Матка Боска.    
Ищет Смысла, Покаяния, Печали… 
По витринам, по заборам, по киоскам
«
Сапоги»* мои вразброску засверкали.

Хочешь?-ночью под луной станцуем наго…
Дай дотронуться до мягких губ-атласов

Полетим давай на Блерио в  Чикаго
Кушать в сумерках компот из ананасов…

____
* "Сапог в петлице" - дебютный сборник Б. Ясенского

Оригинал:

sinantrop: (я)
ИПЕКАКУАНА
На первом моем концерте
(Иль мне это только снится…)
Сидела Пани в партере
Вся в голубых лисицах.

С такою огромной далью
в глазах, немного запавших.
Ресницы с синим отливом.
И веки – белая замша.

Сидели в креслах панове,
и пялились взглядом жабьим…
Читал ритмичные строфы.
В башке колотился Скрябин…

Читал ритмичные строфы.
(Скрябин, «Поэма экстаза»…)
Сидели в креслах дамы
Из бархата, шелка, газа.

Всё шло в обычной манере,
Всё те же обычные лица.
Сидела Пани в партере,
Вся в голубых лисицах.

Слегка порукоплескали.
Спокойно уехали к дому.
Остался я с кремовой Скукой,
склизкой, словно саркома.

Разбил я лунное блюдце
И франки требовал нервно,
И ночь поводила грудью,
Точь-в-точь, как у моей первой…

А ночью я был ребенком
И плакал в углу дивана
О грустной лазурной Пани
С очами как ипекакуана…


Оригинал:
http://www.poezja.org/index.php?akcja=wierszeznanych&ude=2864#

По-польски голубая лиса - песец.
sinantrop: (трубка)
Умный и глупый


Умный спросил придурка: «Зачем нужен ум на свете,
если его перестали славить даже в газете?

Если дурак разъезжает гордо в автомобиле,
а умному под костелом вчера морду набили.

Ежели не желаешь крутиться ужом болотным-
будешь интеллигентом, естественно, безработным?

Зачем же тогда тот разум, что над Вселенной кружит?»
«Зачем?,- дурак ухмыльнулся, - да он и нахрен не нужен».


Оригинал:
http://www.poezja.org/index.php?akcja=wierszeznanych&ude=2906
sinantrop: (Default)
СМЕРТЬ


Смотрит в окно день хворый, синий, трупно раздутый.

По коридору больницы тихо идут минуты.



Радости нет и печали. Серо, пусто и гулко.

Тучи снуют по небу, как больной на прогулке.



Пальцы сучатся впустую, как паук, издыхая.

Вянут цветы в вазоне, карболкой благоухая.



Мысли-мухи осенние-лазят вокруг и около,

бьются, крылья ломая, об оконные стекла.



Кто затаился за дверью, cлушает, ждет? Вот кто:

тихо на цыпочках входят-смерть, монахиня, доктор.


Отсебятина: полное впечатление, что больница в данном случае - психиатрическая.



оригинал )
sinantrop: (Default)


МАНЛИХЕР

Жизнь меня по головке не гладила,
не поила медом и млеком,
и отлично в итоге сладила:
так становятся человеком.

Был еще юнцом желторотым,
когда дали нам карабины,
вихрь убийственный сжал мне рот и
перерезали лоб морщины.

Жизнь солдатская, жизнь крутая
научила – почем фунт лиха.
Был кутенком слепым тогда я,
в мир глядел за меня манлихер.

Я узнал черных рек молчанье,
что зовутся Стырь и Стоход…
Под землею однополчане,
не закончившие поход.

Что сказать им, друзьям любимым
(снится молодость, как погост…)?
Хоть до цели тогда не дошли мы,
я иду. И путь мой не прост,

цель другая, иные дали,
шаг солдатский, обшлаг шинельный.
И врага, как манлихер, валит
стих мой гневный и скорострельный.


оригинал )
sinantrop: (Default)

***
Когда умирать я буду,
(куда же деваться нам)
советов не жду ниоткуда,
как-нибудь справлюсь сам.

Пусть будут открыты очи,
солнца луч на виске,
(смерть-серьезна не очень)
пусть будет оружье в руке.

Услышу сквозь ветров свисты
гул далеких шмелей,
Татры увижу и Вислу-
то, что всего милей.

Долгие речи – не дело,
короткий, сердечный плач-
и хватит. Накинет на тело
товарищ солдатский плащ.

В землю меня положите
там, где придется, бог весть,
службу мою вспомяните
и свободную песнь,

и выходите в поле
пролить нашу кровь из жил.
Все. Такова моя воля.
Для этого пел и жил.



оригинал: )
sinantrop: (Default)
ДАМАСК
Дамаск- он как Завихостье,
или же Вышогрод:
встану-ка я на мостик,
гляну в зеркало вод.

Жизнь мотать меня рада.
Нет денег, хватает форса:
battle dress нощу для парада,
сaptain of Polish Forces.

Фиалки цветут в Дамаске.
Весна наступила, значит.
Хотел бы, как черт из сказки,
на шапку их присобачить.

Дамаск, белея,
залез на горы.
Хожу в тоске я,
болтаю вздоры,

помня, как самой хорошей
на Уяздовских Аллеях
купил я за сорок грошей
пучок подснежников первых.



оригинал:http://zbc.uz.zgora.pl/dlibra/doccontent?id=2610&dirids=1
стр.5
sinantrop: (Default)
НЕ ВАЖНО

И никак меня не касается
чем Америка занимается,
что там в Англии с демократией,
и что Рузвельт ест - мне плевать, ей - ей…
Я хотел бы на Жолибоже
услыхать, как шумят тополя,
как поет несжатая рожь и
как кузнечик звенит в полях,
увидать, как над пеплом пожаров
бело-красный стяг водружают,
а потом – пусть меня на нары,
а потом пусть уничтожают.
Как потом обустроить державу
пусть Сикорский* с Кóтом** обсудят.
Я хочу вернуться в Варшаву.
Все равно. Пусть будет что будет.


конец 1942
--------------------------------
*Сикорский, Владислав (1881—1943) — польский военный и политический деятель, генерал.
**Кот, Станислав (1885 - 1975) - польский ученый и политик, член польского правительства в изгнании (прим. пер.)
оригинал )
sinantrop: (Default)

Была бы винтовка надежна, чтобы в бою не мазать-
что мне снега Сибири, что мне барханы Газы,

что мне тюрьма, концлагерь, голод, скитанья, раны-
радость, хлеб и патроны рядом кладу я в ранец.

Плевать на кресты, награды, все эти знаки славы,
мне б сапоги покрепче, чтоб в них дойти до Варшавы,

чтоб по брусчатке грянул грому подобным звуком
Нарвиком гвоздь щерблённый, каблук, гранённый Тобруком.

Много дорог топтали, много - потеряны счеты-
всегда земля была польской под каблуком пехоты.

Мне ничего не надо, может быть, песни кроме,
семь немецких снарядов разворотили мой домик.

Был возле дома садик, клумба и пара грядок…
Я очищу ту землю от немецких снарядов!

И поцелую землю, любимую мной по-детски.
А если уж пасть - то дома, на песок мазовецкий.

В ногу, дружище! Двинем по континентам маршем,
наши летят пилоты, плывут миноносцы наши.

Покажем целому свету, что мы достойны Польши,
был бы сапог покрепче, да патронов побольше.


оригинал: )
sinantrop: (Default)
АНТИЖЕНСКОЕ

Эх, женщины, меня недолюбили вы…
(Тихонечко вздохнул. И рифма тут: «Увы»).
Могли б вы, наверно, помочь
спасти от бессонницы ночь,
веселый вставал бы от сна
и рифму искал на «весна»,
больше б писал, меньше бы напивался
(тут не ручаюсь, но я бы старался).
Я б меньше писал под Вийона,
тем более под Бодлера,
творил бы целеустремлённо...
Холера!

оригинал: )
sinantrop: (Default)
Птицы и мята

Пришла ко мне ты, как на кладби́ще.
Зачем такая тоска-то?
А птицы в небе крыльями свищут,
в лугах курчавится мята.

Боишься: смерти шаги тихи,
Зá ногу цап!-и айда…
Отвечу –нет! Вот они, стихи!
Они как звезда!
В них будут птицы и эта мята,
смерти не будет.
Вслушайся в них и запомни свято,
вдохни всей грудью.


оригинал: )
sinantrop: (Default)
Пошло всё в жопу. Тоска такая
в Обетованной.
Кружусь, как дурень без мозжечка я,
или как пьяный.
Шептать, в союзе с самим нечистым,
дамам на ушко?
Завербовавшись, стать особистом?
Ксёндзом Петрушкой?*

Заняться чем-то эротическим?
А может, чем-то кулинарным?
А жизнь - реально
и фактически-
бездарна.
__________________________
*Стефан Петрушка - ксендз-капеллан в армии Андерса, впоследствии ректор Польской католической миссии в Иерусалиме. На собранные солдатами деньги построил часовню на одной из станций Via Dolorosa (прим. пер.)

оригинал, любезно предоставленный д-ром Валентиной Брио: )
sinantrop: (Default)
Причины пьянства

Проснувшись в начале шестого,
пришел к заключению,
что жизнь ни черта не стоит,
но надо жить, тем не менее.

Святого покоя взыскуя,
чтоб залечить «в сердце ранку»,
принял стакан коньяку я,
и пьян уже спозаранку.

оригинал:

sinantrop: (Default)
*****
Эвка, на лбу у тебя конопушки.
У мамы твоей тоже.
Эвка, а ну, пробеги до опушки.
И мама твоя тоже.


А я напишу замечательный стих,
( прочтешь, когда подрастешь вполне)
он будет из самых любимых моих -
об этой зеленой сосне.

Стоит сосна над водою,
к ней наклонившись гнутко,
любуясь собой, молодою.
Дядя писал. Улучил минутку.


оригинал

*****
Ewciu, ty masz piegi.
Mama tak samo.
Ewciu, trochę przebiegnij,
mama tak samo.


Ja napiszę to, co najpiękniejsze,
przeczytasz, gdy podrośniesz,
a wiersze najulubieńsze
będą o sośnie,

ta sosna stoi nad wodą,
ku niej się nachyla
i cieszy się, że zielona, młoda.
Dziadzio napisał. Była taka chwila.
sinantrop: (Default)
О шуме

Сочинять бы стихов не умел-
как волшебно бы лес шумел!
Из журчания ручейка
в душу б хлынула м у з ы к а,
зная все о делах сердечных,
об отрадных, кровавых, вечных.
Но я слушать отвык, не люблю-
сам шумлю.


оригинал


O szumie

Gdybym wierszy pisać nie umiał,
może by las piękniej szumiał,
może z jakiegoś strumyka
oświeciłaby mnie nagle muzyka
jakąś wiedzą o sprawach serdecznych,
radosnych i krwawych, i wiecznych,
ale ja już słuchać nie umiem,
sam szumię.
sinantrop: (Default)
ОСВЕНЦИМ

Я вдыхать хочу варшавский воздух,
в нем отныне - моя жена,
унесенная с дымом к звездам.
Воздух – это она.

Есть такой городок-Освенцим,
там стоял крематорий,
а теперь те, кто свят и светел,
оттуда летят над историей.

Что-то сделать? Сказать? Нет силы…
Вздохну, отойду, понурясь.
За спиною урны, могилы,
давно прошедшая юность.

оригинал
Oświęcim

Ja chcę wdychać warszawskie powietrze,
w tym powietrzu jest moje żona,
puszczona z dymem po wietrze.
Powietrze - to ona.

Jest takie miasteczko Oświęcim,
było tam krematorium,
a teraz święte i święci
latają stamtąd ponad historią.

Cóż ja na to mogę poradzić, co zrobić?
Westchnąć i odejść.
Poza mną urny, poza mną groby,
dawno miniona młodość.
sinantrop: (Default)
Об отцветании

Всё отцветает, миг - и нет цветочка,
и точка.

Всё, что растёт - перерастает часто,
и баста.

А я и вырос, и перерос,
и донёс всё то, что нёс.
-Что? Камни слёз у ресниц на краю?
– Нет! Жизнь мою и совесть мою.



оригинал
O przekwitaniu
http://www.poema.art.pl/
Przekwita wszystko, przekwita,
i kwita.

Wyrasta wszystko, przerasta,
i basta.

A ja i wyrosłem, i przerosłem,
doniosłem to, co niosłem -
myślicie, że kilka łez jak kamienie? -
nie! - moje życie i moje sumienie.

Profile

sinantrop: (Default)
sinantrop

June 2012

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 28th, 2017 06:57 pm
Powered by Dreamwidth Studios